• 6 Сентября, 2018
• Мании и Фобии
• Марина Пислегина

Каждому человеку хотя бы раз в своей жизни приходилось слышать от другого лица такую фразу: » Я не доверяю людям». Но почему мужчина или женщина говорит об этом? Что это — фобия или патологическое состояние, связанное с какими-либо страхами? Возможно ли, что недоверие к людям возникло из-за пережитого предательства близкого человека? К сожалению, да. Более того, отсутствие доверия к другим лицам является психологической проблемой, с которой можно справиться. Иначе человек не сможет жить полноценной жизнью, создать семью, завести друзей. Подробную информацию по данной теме узнаете из статьи.

Небольшое вступление

Для начала нужно разобраться в том, почему человек перестает верить другим людям. В действительности каждый негативный опыт, пережитый в прошлом, оставляет серьезный отпечаток не только в душе, но и в сердце. Чаще всего недоверие возникает по причине пережитого предательства близкого человека, обмана подруги или товарища. В большинстве случаев прошлые проблемы во взаимоотношениях с людьми могут серьезно навредить лицу в дальнейшем.

Многие из нас хотя бы однажды слышали от какого-нибудь человека такую фразу: «Я не доверяю людям». Но почему так случается? Является ли отсутствие доверия к другим людям серьезным барьером на пути к полноценной и счастливой жизни? К сожалению, да, но с этой проблемой можно справиться.

Я никому не доверяю: что такое травма отвержения и как от нее избавиться

Эмоциональная холодность родителей травмирует ребенка. Во взрослой жизни эта травма мешает человеку выстраивать близкие отношения с другими. Люди с травмой отвержения рассказали «Снобу», через что им пришлось пройти в детстве и как их недоверие к миру портит им жизнь, а психологи — как прожить негативные чувства, простить родителей и научиться любить, чтобы исцелиться.

«Я не умею выстраивать здоровые отношения с людьми»: Анна, 31 год

Мой папа — невротичный и жесткий, а мама — замкнутая и эмоционально холодная. У них обоих были сложные отношения со своими родителями. Папу родители тиранили и унижали лет до 20. Мама вообще не знала ласки и любви: ее родители пили и дрались, мать била. Когда маме было восемь лет, ее мать зарезали в пьяной драке. Дедушка женился, и мачеха тоже била маму. Потом мама долгое время жила у своих теток и была предоставлена сама себе. Я росла под гиперконтролем. Папа бил меня в наказание за проступки, а мама никогда не заступалась. Пару раз я убегала из дома, потом возвращалась и получала еще. Я старалась быть хорошей девочкой, пока в какой-то момент мне не стало безразлично, накажут или нет. Я просто делала то, что считала нужным, и получала за это. Меня это не останавливало. Став взрослой, я съехала от родителей. Они чуть-чуть переросли свои собственные травмы, и на расстоянии я получала от них больше тепла. В моей душе по-прежнему жила боль и обида на родителей, но со временем эти чувства вытеснились: всякий раз, когда меня отвергали или критиковали, я понимала, что мне должно быть неприятно, но ничего не чувствовала. Два с половиной года назад у меня начались панические атаки, и я пошла к психологу. Мы стали углубляться в мое прошлое и прорабатывать травмы. По заданию психолога я решила поговорить с родителями. Не помню точно, как начала разговор. Сказала, что отношения у нас были непростыми и мне крайне важно услышать от них, что они меня любят. Родители сказали это, поплакали чуть-чуть. На время мне полегчало: месяц-два я ходила радостная, а потом все вернулось на круги своя. Обида никуда не ушла. Сейчас я почти не общаюсь с родителями: время от времени звоню маме, но давно уже не приезжаю в родительский дом. Я не умею выстраивать нормальные здоровые отношения с людьми. Меня пугает их теплое отношение ко мне. Никому не доверяю, думаю, что меня хотят обмануть или просто обращаются со мной хорошо из вежливости, и я так же вежливо держу дистанцию, никому ничего не рассказывая о себе. Я перестала говорить о своих чувствах с мужем, потому что это бесполезно. Любой брак, на мой взгляд, обречен на угасание в нем любви и нежности. Я разочаровалась в отношениях и не ищу их. Когда недавно влюбилась, просто отогнала чувства как ненужные, понимая, что все закончится и мне будет больно. Пусть лучше мне будет больно сейчас, чем потом, когда все зайдет слишком далеко. Сейчас у меня переходный период: заново учусь открываться и доверять людям, но это дается мне очень тяжело. За травмой отвержения лежит глубокий дефицит любви, но без проживания эмоций, которые сопровождали эту травму, невозможно исцелиться. Это не избавление, но новый опыт. И я в процессе.

Ирина Кутянова, психолог семейного :

В истории Анны четко прослеживается негативный семейный сценарий, когда жестокое обращение и отсутствие любви повторяется из поколения в поколение. Эмоционально холодная мать не дает достаточно тепла и любви своему ребенку, и у него уже во взрослой жизни в каких-то стрессовых ситуациях (ссора с партнером, критика коллег и т. д.) активизируется травма отвержения. Постепенно человек приходит к выводу: «Это не я вам не нужен, это вы мне не нужны». Он, боясь боли и разочарований, пресекает на корню позитивные чувства к другим людям и не верит в искренность таких чувств по отношению к себе. Хотя Анна понимает, что ее родителей просто не научили любить их собственные родители и они растили ее как могли, она не может их простить, а значит, и освободиться. Нужно прожить свои негативные эмоции по отношению к родителям, принять часть их опыта и закрыть ситуацию для себя. Это можно сделать как в группе, так и одному, под наблюдением специалиста, используя, например, технику «пустого стула». Нужно представить, что перед вами на стуле сидит человек, который вас обидел, и высказать ему все свои обиды. Потом сесть на стул и ответить на эти обиды с позиции оппонента, отыграв его роль. Таким образом реконструируется диалог и отрабатываются самые глубокие и табуированные чувства. Часто из-за зашкаливающих эмоций человеку бывает сложно выразить свои мысли. В этом случае можно прописать все свои обиды в письме (его даже не нужно отправлять). Важно, чтобы письмо заканчивалось прощением. Обида, даже справедливая, разрушает того, кто обижается. Непроработанные негативные чувства, которые человек копит в себе и не хочет отпускать, могут перерасти в психосоматические заболевания. Стремясь к прощению, человек должен думать в первую очередь о себе и своем здоровье. Человек с травмой отвержения не умеет любить. Для того чтобы разморозить это чувство и культивировать его в себе, нужно бескорыстно делать добрые дела. Начать можно с малого: например, сказать доброе слово прохожему, помочь пожилой соседке донести тяжелую сумку. Можно устроиться волонтером в приют. Когда человек делает что-то бескорыстно и получает взамен искреннюю благодарность и положительные эмоции, он постепенно учится любить и наполняет себя этой любовью.

«Я всегда боюсь, что меня прогонят и назовут никчемной»: Ольга, 35 лет

Я с детства ощущала свою ненужность и неважность. Приходя с работы, отец сразу уходил со мной гулять. Мать потом рассказывала, что я часто плакала, кричала и мешала его родственникам, у которых мы жили, и потому он много со мной гулял. Я росла очень активным ребенком, всегда собирала вокруг себя детей из ближайших дворов. В четыре года на меня уже оставляли младшую сестру. При этом я постоянно слышала от родителей: «не мешай», «будь тише», «отойди» или «займись уже чем-нибудь». Лет в пять в качестве наказания за какой-то проступок родители пригрозили отдать меня в детдом. Вечером отец надел на меня шубку и сказал: «У нас есть другая девочка, а такая нам не нужна. Мы отдадим тебя в детский дом». Мать сидела рядом с младшей сестрой в подтверждение его слов. Я сильно испугалась, попросила прощения и пообещала быть хорошей и послушной. В школе я была активной и участвовала во всем, в чем только можно, до того момента, пока там не ввели экспериментальную учебную программу. Я училась в шестом классе, и учителя решили, что наш класс не справится, посчитали его отстающим. Это ударило по самолюбию моей матери, и она перевела меня в другой класс. Новые одноклассники меня не приняли: пару лет они напоминали, что я из отстающего класса и там мне и место, хотя у меня была нормальная успеваемость. Тогда же меня отвергли и бывшие одноклассники. Кто-то из них меня спросил, почему я перешла в другой класс. Я ответила то же, что говорили учителя: «Класс слабый, с программой не справится» — и они от меня отвернулись. Я осталась одна, без друзей. Мне очень хотелось общения, и я старалась всячески его заслужить. Я подстраивалась под других: с сильно умными корчила из себя зубрилу, с оторвами была оторвой. Если получалось с кем-то подружиться, вела себя так, как удобно этому человеку, боясь вновь остаться в одиночестве. Поддержки от родителей не было — мои чувства никогда их не волновали. Они ни разу не сказали, что меня любят, ни разу не обняли. В моей семье вообще не принято было говорить о чувствах. Я должна была только приносить хорошие оценки и ни о чем другом не думать. При этом мне всегда внушали, что я ничего не умею, не могу, ни на что не способна. Мать говорила, что я никому не буду нужна и меня никто не будет любить. Ей часто говорили, что такую энергичную девочку надо отдать, например, на танцы (я была не против, но кого интересовали мои желания?), но она воспринимала это иначе: ее учат, как обуздать ребенка, которого слишком много, поэтому я должна стать незаметной. Матери всегда было стыдно за меня, а эти разговоры обо мне ей были невыносимы. Если вдруг ей рассказывали обо мне что-то плохое или я делала что-то, что ей не понравилось (а ей не нравилось 95% того, что я делаю), она говорила, что лучше бы убила меня еще в утробе и что проклинает день моего рождения. Зачастую это сопровождалось побоями, наказаниями (например, месяц без прогулок) и длительным игнором. Отец не вмешивался и не защищал меня. Он всегда говорил, чтобы я терпела и вела себя тише. Через какое-то время родители разошлись, и отца в моей жизни почти не стало. Однажды, когда мать меня довела, я спросила: «Ты вообще меня хотела?» Она рассмеялась и ответила: «Нет. Мы с твоим отцом просто трахались под забором». Во взрослой жизни все это вылилось в то, что мне очень трудно вступать в отношения с людьми — это касается и работы, и дружбы, и личных отношений. Я ищу того, кто меня полюбит и примет, и всегда боюсь, что меня прогонят, скажут, что я никчемная. Я жду оценки, подтверждения, что мне можно быть / жить, что мне скажут: «Ты нужна, ты не мешаешь, ты меня устраиваешь». Я всегда думаю, что делаю недостаточно много или недостаточно хорошо. Раньше я вообще не могла брать и требовать свое, вступать в конфликт. Мне страшно было высказывать свое мнение, потому что в детстве я слышала от матери: «Кто ты такая? Ты должна слушать других, которые важнее, умнее и лучше». Я долго могла терпеть недовольство, а потом оно выливалось в истерики. Раньше я велась на любого мужчину, который на меня посмотрит, и мной пользовались. Однажды в попытке сбежать от матери я чуть не вышла замуж. Мы с этим мужчиной постоянно ругались, как это обычно бывает в созависимых парах. Он выпивал. По стечению обстоятельств свадьбу пришлось отменить. В конце концов мы, к счастью, расстались. Теперь я просто избегаю отношений. Сейчас я живу с матерью, но мы не общаемся. Отец не звонит. Раз в полгода я забегаю к нему на пять минут на чай. Особо не разговариваем: ему не нужны подробности моей жизни, а я постепенно перестаю искать его заботы и защиты. Человек, в жизни которого было много абьюза, долго верит в свою ненужность и никчемность. Но когда я решила работать над этим, стала встречать людей, которые показали мне, что я им нужна и не мешаю, и один из них привел меня к психологу. Сейчас, кроме психотерапии, я занимаюсь духовными практиками и получаю психологическое образование. Иллюзии, что я навсегда избавлюсь от травмы отвержения, у меня нет. Она слишком глубоко во мне и, думаю, случилась еще в перинатальном периоде. Меня радует, что я могу ее отследить, знаю, как она проявляется. Я научилась с ней жить и давать людям право выбирать не меня и не принимать это на свой счет. Научилась говорить самой себе: «Я всегда с тобой, я тебя люблю, ты мне нужна, ты — самое дорогое, что у меня есть, и я тебя не брошу».

Елена Шохина, психолог семейного :

Отвержение проявляется в нечувствительности родителя к эмоциональным потребностям ребенка. Оно может быть явным, как в истории Ольги, или скрытым. Часто отвержение передается из поколения в поколение как форма взаимодействия. Например, в послевоенные годы родителям некогда было говорить детям, что они нужны и любимы. Повзрослев, дети воспринимали это как норму и бессознательно относились так же к своим детям. История Ольги очень травматична — ее отвергли оба родителя: мать была более агрессивна, использовала физическое и эмоциональное насилие, отец же предпочитал не вмешиваться. Что сильнее сказалось на Ольге — еще вопрос, потому что девочка берет поведение отца за образец мужского отношения с себе. Возможно, Ольга будет искать мужчину или уже пыталась строить отношения с мужчиной, который игнорировал ее, как и отец. Отец и мать Ольги подпитывали распространенный детский страх быть не любимым родителями ребенком, угрожая сдать ее в детдом. И у нее сформировался защитный механизм: «Если я не нужна миру такая, какая есть, я буду такой, какой меня хотят видеть другие». Это поведение жертвы. То есть травма расщепила детскую личность. Задача психолога эту личность собрать: помочь той маленькой Оле с ее желаниями и потребностями вырасти — прожить свои желания и стать опорой самой себе. Помимо отвержения, Ольга столкнулась еще и с парентификацией — ситуацией, когда родители вынуждают ребенка рано взрослеть и перекладывают на него свои обязанности. Вообще, четыре-пять лет — знаковый возраст для формирования детской психики и дальнейшей судьбы человека. Благоприятная семейная система способна раскрыть потенциал ребенка и стать хорошим трамплином в жизни, неблагоприятная — искалечить. Самостоятельно проработать такую травму практически невозможно. Одна из функций родителя — дать ребенку базовое доверие к миру, ощущение, что он любим и у него все получится. Лишенный этого ребенок, повзрослев, не знает, на что способен и что может. Поэтому тут потребуется долгая и кропотливая работа с психологом. Его задача — помочь взрослому человеку принять все, что было в его детстве, и отпустить обиду, которая сжигает колоссальное количество внутренней энергии и не дает человеку двигаться дальше. Психолог также поможет человеку выразить свои агрессивные эмоции. Когда ребенку было обидно и страшно, он не мог высказать это родителям. Но сейчас, став взрослым, он не только может, но и должен выплеснуть эмоции, которые разрушают его изнутри, а потом сказать своему внутреннему ребенку: «Что бы ни случилось, я с тобой. Я тебя люблю и всегда поддержу». Что и делает Ольга.

«Раньше я ставила мать выше себя, мужа и детей»: Анна, 34 года

Мама растила меня одна. Будучи беременной мной, она психанула и ушла от моего отца, а он не стал ее возвращать. Его мать быстро нашла ему молодую невесту и убедила, что я «нагулянная». Я родилась в июле, а отец женился в октябре того же года. У мамы было много подруг, которые часто приходили в гости. Я всегда радовалась толпе народа в доме, мне очень нравилось общаться с людьми — могла заболтать любого. Я была очень активным ребенком. Мать внушала мне, что я нерадивая, неуклюжая, неаккуратная и невнимательная. Она постоянно ставила мне в пример мою двоюродную сестру. Например, что она аккуратно носит вещи, а на мне вещи буквально горят, я их быстро снашиваю. Случались черные дни, когда я делала что-то не по нраву матери: огрызнулась в ответ на ее критику или что-то сломала. Она меня никогда не била, но орала так, что стены тряслись. Иногда угрожала сдать меня в детдом или говорила, что она заболеет от моего поведения и я точно туда попаду. Если в этот момент ей звонил кто-то из подруг или приходили гости, она сразу меняла тон и становилась радостная. Я надеялась, что она отошла, но, когда мы оставались вдвоем, мама обычно снова разговаривала со мной сквозь зубы в приказном тоне, жестко и твердо, или могла долго меня игнорировать и молчать. Я пыталась разрулить ситуацию, угодить маме, но все было бесполезно. В подростковом возрасте мне даже домой идти не хотелось в такие дни. Но я боялась за ее здоровье, боялась потерять ее и потому не заставляла ее беспокоиться и всегда возвращалась. (До сих пор, если куда-то еду, надо ей отзвониться, что доехала, даже если к доктору или на работу.) Мама меня сильно опекала, а у меня был страх, что только вдвоем мы выживем, хотя мамины родственники, к которым мы часто ездили, нас любили и принимали. При этом я никогда не сомневалась в том, что мама любит меня. Не помню, чтобы она говорила об этом прямо, но я знала, что любит. В школе у меня были сложные отношения с классом. Я не хотела быть изгоем, но и подстраиваться под лидеров тоже не собиралась, поэтому болталась в одиночестве, беря под крыло новеньких, чтобы не быть одной. У меня была одна подруга, которая все десять лет школы портила мне жизнь. Я боялась оставаться одна и долго с ней общалась, пока классе в седьмом она меня не подставила. Тогда я поняла, что мир жесток и доверять никому нельзя. С тех пор я никому не доверяю и всех подозреваю. Не доверяю даже мужу. Если он уйдет к другой, это станет ударом, я буду раздавлена, но не удивлюсь. Было время, когда я подстраивалась под людей, сейчас стала прямее. За это качество многие меня ценят. Года четыре назад я начала психологически сепарироваться от матери, с которой продолжаю жить под одной крышей. Только к 30 годам я поняла, что считать свою мать важнее мужа, детей и себя — ненормально. Раньше я готова была горы свернуть ради ее хорошего настроения. Как раз тогда у матери начался открытый конфликт с моим мужем. Она перевернула все факты в свою пользу, и я стала задумываться. У меня был довольно долгий период злости на мать. Я винила ее во всем, даже страшно было, что я могу так плохо о ней думать. Чувство вины за эти мысли сменялось еще большей озлобленностью за то, что я запрещала себе так думать. Я прочитала много статей про сепарирование, видела картинки из своей жизни и снова злилась на мать. Потом спустя какое-то время вдруг поняла, что она на тот момент давала мне все, что у нее было, и вела себя со мной так не со зла. Просто она растила меня одна, и у нее не было времени погружаться в психологию. У меня получилось посмотреть на наши отношения со стороны. Позже я посмотрела уже на себя в роли матери, проанализировала свои ошибки. Узнала, что у меня, как и у моих детей, синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). Мне стало проще принимать свои несовершенства и не ругать детей за те же проявления СДВГ. Они так же, как и я когда-то, что-то роняют, проливают или разбивают, легко отвлекаются и не замечают течения времени. Я рада, что мои дети твердо знают, чего хотят, и не боятся говорить, что думают. Я не пытаюсь манипулировать ими, игнорируя, ругаюсь и злюсь минут пять-десять, потом мы миримся. Я научилась слушать себя: если на сердце камень, значит, я делаю что-то не то и надо остановиться. Я не считаю себя идеальной матерью, знаю, что мои дети найдут на что пожаловаться своим психологам. Но для меня главное, что я делаю все возможное и честна перед ними. После проработки своей травмы я поняла, что все люди разные и они не обязаны соответствовать моим ожиданиям. Я просто отделила маму от себя: вот тут моя реакция и мои ощущения, а там — мамины. Я не имею права запретить ей реагировать так, как она хочет. Она взрослый человек и сама ответственна за себя. Я же буду отвечать за себя и своих детей. Мама в возрасте и уже не может поменять привычные паттерны поведения, поэтому лавировать приходится мне. С ней сложно, конечно. Она растеряла всех подруг и требует от меня погружения в ее проблемы, чтобы я общалась только с ней. Она и сейчас манипулирует мной, лишая меня общения. Если раньше я пыталась угодить, наладить отношения, то сейчас позволяю ей насладиться тем, что она сама для себя создала. Теперь она первая возвращается к контакту со мной, и эти ее выпады случаются все реже.

Зульфия Исмагулова, психолог семейного :

Травма отвержения чаще формируется до шестилетнего возраста, исключения случаются редко. В некоторых случаях — даже когда ребенок еще находится в утробе матери: например, когда мать думает об аборте. Чем раньше эта травма сформировалась, тем сложнее ее исцелить. Некоторые люди имеют внутреннюю предрасположенность к этой травме — в зависимости от темперамента, генетики и прохождения внутриутробного периода. Наличие или отсутствие этой предрасположенности можно узнать, пройдя «опросник отверженности». Признаки травмы отвержения — недоверие к миру, страх близости, недовольство собой, отрицание своих потребностей и собственной значимости, чувство неполноценности, стертые личные границы, неспособность отстоять свое мнение, чувство стыда, внутриличностные конфликты и боязнь сепарации от родителей. Задача родителей — удовлетворить потребность своего ребенка в безопасности, привязанности и близости. Ведь от этого будет зависеть отношение ребенка к миру. Отец покинул Анну. Ее мать была эмоционально нестабильна, тревожна и непредсказуема. Анна не знала, чего ей ожидать от матери, а значит, и от мира, потому что мир ребенка — его родители. В семье у ребенка формируются некие убеждения. Анна с детства была убеждена, что она нерадивая, что может выжить только в слиянии с матерью, что миру доверять нельзя. Травма отвержения включается обычно только для значимого человека, которого страшно потерять. «Если я буду в близких отношениях, человек узнает меня настоящую и я ему не понравлюсь. Поэтому я буду избегать близких отношений или буду выбирать мужчин, которым не нужны серьезные отношения». Наша психика всегда стремится к стабильности, для нее такая схема проще. Психолог поможет изменить ее в безопасных условиях, как здоровый взрослый, которому можно раскрыться, не боясь, что тебя бросят. Травмированный ребенок отвергает ту часть себя, которую не признают родители. Чтобы вернуть целостность, необходимо эмоционально сепарироваться от родителя, что и сделала Анна. Некоторые люди считают, что сепарироваться — значит высказать родителям, какие они были плохие, и сбежать от них. Но речь идет именно об эмоциональной сепарации, когда нужно разобраться, где свои чувства, а где чужие, и разграничить их. Тут советую почитать книги психологов Линдси Гибсон «Взрослые дети эмоционально незрелых родителей» и Джеффри Янга «Прочь из замкнутого круга! Как оставить проблемы в прошлом и впустить в свою жизнь счастье». Анна поняла и приняла, что ее мать не переделать. Многие в процессе терапии начинают переносить свои чувства на родителей: «Почему вы ко мне так относились?» Но тут важно не «почему», а «как я сам буду относиться к поведению родителей». Обычно процесс сепарации сопровождается злостью и чувством вины, которые также надо проработать и отпустить. Анна, надо отдать ей должное, провела большую работу по сепарации и самопринятию и позволила себе быть неидеальной.

Что нужно сделать?

Самое интересное, что недоверчивым людям живется в обществе достаточно сложно. Они желают постоянно контролировать других и тем самым постоянно забывают о себе. Но, чтобы научиться доверять людям, нужно позволить им делать ошибки. После того как человек перестанет контролировать других, у него появится больше времени для себя.

Кроме того, нужно запомнить, что идеальных людей нет, и поэтому ошибиться может каждый. Но нужно уметь прощать. Даже если после определенного плохого поступка человек не будет общаться с другом, подругой, знакомым, коллегой, то не надо долго держать на них обиду.

Также стоит научиться разбираться в людях. Ведь если женщину предал муж или подруга, то это совсем не означает, что другие люди могут поступить так же. Главное, нужно следить за тем, что человек не говорит, а делает. Оценивать надо только действия и поступки.

Человек, которому можно доверять, всегда придет на помощь в трудную минуту, не оставит в беде, не станет сплетничать за спиной и всегда выполнит свое обещание. С завистниками, а также людьми, которые постоянно обманывают и совершают дурные поступки, вообще не следует поддерживать каких-то отношений, чтобы потом не разочароваться. Это нужно запомнить.

Другие причины

Их тоже необходимо отметить вниманием. Человек, который не верит людям, мог стать таким по следующим причинам:

• Воспитание. Если в детстве его все время обвиняли, упрекали, а также постоянно подмечали какие-то его недостатки, то он вполне может стать замкнутым и недоверчивым.
• Профессиональная деятельность. Человек, который никому не верит, таковым может являться из-за своей работы. Частные детективы, полицейские, охранники – им трудно кому-то верить. Ведь они во всем привыкли искать ложь.
• Эффект бумеранга. Если человек относится плохо к другим людям, то он, сам того не осознавая, ожидает от них того же.
• Неуверенность и комплексы. Очень часто человек изо всех сил старается показывать другим, как он счастлив. Но ему страшно из-за того, что кто-то может догадаться, что это на самом деле не так. Потому он и не доверяет окружающим.
• Страх собственной уязвимости. Он заставляет держать ухо востро. Как правило, данному страху подвержены люди, имеющие заниженную самооценку.

Иногда одна причина накладывается на другую. Из-за этого подозрительность и настороженность лишь усиливаются.

После измены

Если человек говорит, что «Я не доверяю людям, потому что меня предали в прошлом», то это означает только одно — груз пережитых когда-то разочарований не дает последнему полноценно жить и быть счастливым. В данном случае речь идет об измене любимого.

Возможно, что женщину когда-то предал муж, и после расставания с ним она так и не смогла найти личное счастье и снова выйти замуж по причине своего недоверия к противоположному полу. Проблема в данном случае очевидна.

В подобной ситуации людям нужно найти в себе силы и простить бывшего партнера. Но возвращаться к предателю все же не стоит. Тем более если ранее муж уже изменял своей жене.

Если обидчик все-таки раскаялся и просит прощения, то нужно его выслушать. Тем самым обоим партнерам станет легче.

Есть такие пары, которые, расставшись по причине предательства одного из партнеров (чаще всего мужа, потому что мужчины измену прощают очень редко), вновь воссоединяются для создания семьи. Но без доверия уже не могут построить нормальные отношения. В подобной ситуации должно пройти время. Возможно, что через несколько месяцев обида пройдет, эмоции улягутся, и супруги смогут построить новые гармоничные отношения.

Доверие — самая сильная форма закрепощения

В детстве вы росли в атмосфере доверия?

Юрий Бузиашвили: Абсолютно. Со стороны родителей, дедушки, бабушки. Дедушка и бабушка во мне души не чаяли. Они меня невероятно любили. В их фанатичной любви я провел все свое детство. Я называю это сказкой. Я вырос в сказке. В сказке человеческих отношений. Уверен, что определенное воспитание вызывает и определенную химию в организме с достатком или отсутствием определенных гормонов, ответственных за поведение человека.

Родители стараются контролировать детей. Не ходи туда, не делай этого… Вас жестко контролировали?

Юрий Бузиашвили: Я могу оценить это сейчас, будучи уже взрослым человеком. Меня отец ни разу в жизни не оскорбил вопросами, куда я собираюсь пойти, чем намерен заниматься. Он даже мысли не допускал, что я сделаю что-то нехорошее. Он меня вырастил в доверии. Я должен сказать, что доверие — самая сильная форма закрепощения. Вы закрепощены боязнью его обмануть. Доверие закрепощает сильнее, чем деньги и законы, чем подписанный, скрепленный подписями и печатью, имеющий юридическую силу контракт. Чем было в России купеческое слово? Формой сильнейшего закрепощения доверием.

Ну да, а наши нынешние бизнесмены не доверяют никому и ничему — ни своим партнерам, ни государству, ни чьим-либо обещаниям. Они все время боятся, что их «кинут», и эта боязнь, согласитесь, отнюдь не беспочвенна.

Юрий Бузиашвили: Да, это так. Потому что большинство нынешних бизнесменов имеют в «анамнезе» опыт в жизни в СССР, где государство на протяжении десятилетий обманывало граждан, а граждане, в свою очередь, постоянно искали, как бы им обмануть государство, обойти закон. Не хочу сказать, что в других странах никто никого не «кидает». Это есть везде в мире. Но там хотя бы боятся закона. Закон остерегает от нарушения обязательств и соблюдения справедливости. А у нас наплевательское отношение к закону было в крови практически у каждого советского человека, и эта наследственность сказывается сегодня.

Мне намного легче жить, доверяя и подчас разочаровываясь в людях, чем жить, не доверяя никому

Что советуют психологи

Как научиться доверять людям после обиды и предательства, пережитых в прошлом? С данным вопросом очень часто обращаются к специалистам не только женщины, но и мужчины.

Психологи советуют в данном ситуации сделать следущее:

• Выяснить причину недоверия. Как правило, данная проблема тянется из прошлого, неудачного жизненного опыта.
• Нужно простить своего обидчика, пусть даже это будет очень сложно.
• Надо обязательно проанализировать произошедшее, сделать для себя выводы, ведь из-за одного печального случая в прошлом не нужно лишать доверия весь круг общения.
• Взять лист бумаги и написать на нем все психологические суждения о том, почему нельзя доверять другим людям (например, они постоянно обманывают, предают), а затем все написанное опровергнуть положительными случаями из жизни (если бы не предательство мужа, то я не встретила бы своего единственного и любимого человека).
• Необходимо всегда настраивать себя позитивно при общении с людьми, которые не заслужили недоверия со стороны своего собеседника.

Следуя таким советам психологов, можно навсегда избавиться от данной психологической проблемы. Ведь если человек говорит «Я не доверяю людям», то это значит, что у него есть для этого серьезные основания. С помощью вышеуказанных советов можно справиться с данной проблемой.

Все идет из детства

Согласно теории Эриксона, доверие (или его отсутствие) формируется у человека с ранних лет. Ребенок учится всему постепенно, и доверять в том числе. Он ждет, пока люди, заботящиеся о нем (родители), накормят его, поиграют с ним, прочитают на ночь сказку. Рядом с ними он чувствует себя в безопасности, так как они обеспечивают необходимые для комфорта условия.

Но если ребенок часто разочаровывается (не купили обещанную игрушку, не дали десерт после съеденного супа, не разрешили погулять после сделанных уроков), то у него формируется недоверие. И затем оно проявляется на протяжении жизни. Так что, с одной стороны, степень развития чувства доверия зависит от количества получаемой заботы, посредством которой и передается чувство стабильности и постоянства.

Страх быть снова обманутым

Бывает и такое, что у человека возникает патологическое недоверие к окружающим. Конечно же, на это влияют события прошлого, негативный опят в любовных отношениях, предательство подруги, друга. Но что же дальше? Все печальные события уже произошли, но что же все-таки мешает человеку дальше полноценно жить, любить, строить отношения? Это страх. Человек просто боится вновь пережить такой же негативный опыт. Поэтому, для того чтобы начать доверять людям, нужно найти причину своего недоверия, а затем уже перейти к следствию.

Как побороть чрезмерное недоверие к людям

Проанализируйте опыт своего прошлого. Недоверие по отношению к другим связан лишь с вашими негативными эмоциями после негативных событий в вашей жизни. Это не имеет никакого отношения к другим людям в вашей жизни. Это только ваши предрассудки.

Не включайте всех людей в одну группу. Все они разные и не нужно навешивать ярлыки, согласно вашему внутреннему страху и опасениям. Чаще вспоминайте положительный опыт общения. Безусловно вы можете вспомнить приятное общение, неожиданное знакомство, которое переросло в долгую дружбу или серьезные отношения. Ведь есть на земле люди, которым можно доверять и делаете это на протяжении длительного времени.

Выстраивайте диалог. Даже если вы понимаете, что вас обманывают никогда не поздно обсудить это с вашим собеседником. Задайте вопросы, которые вас волнуют. Развейте свои сомнения. Иногда при разговоре все оказывается совершенно иначе, как вам казалось на самом деле.

Избегайте крайностей, не пытайтесь доказать всему миру что обман – это зло. Но и делать вид что вы довольны если чувствуете фальшь тоже не стоит. Обязательно говорите открыто о своем мнении.

К изложенному

Если женщину когда-то предал мужчина, то это должно было произойти. Это опыт. Но это не означает, что нужно замыкаться в себе и не позволять себе любить, заводить новые отношения. Нужно просто быть реалистами. Надо учиться разбираться в людях, видеть их действия, а не слушать только слова.

Если человек боится снова потерять что-то близкое и дорогое — это значит, что подобное в его жизни уже было. Но нужно продолжать жить дальше, создавать семью, заводить новых знакомых. Тем не менее не нужно слепо всем верить. Опыт был дан для того, чтобы человек понял, что люди бывают разными. Одни будут верными всегда, а другие предадут в подходящий момент. Это нужно учитывать.

Опыт

Очень часто человек, который не верит людям, имеет для этого все основания. Просто его часто предавали и подводили. Причем зачастую не только знакомые, но и те, кого он считал самыми близкими и родными. Это практически всегда наносит непоправимую травму. Доверие подрывается ко всем людям, и проявлять его в межличностных отношениях с другими личностями становится проблематично.

То же самое касается и измены. Человеку, которому изменили (возможно, не раз), сложно строить отношения, любить, верить в искренность ответных чувств и доверять. В таких случаях сложно забыть о пережитом опыте, но это рекомендуется. Чтобы помочь себе, надо усвоить: многие люди из прошлого действительно не заслуживали даже первого шанса. Но не надо лишать его остальных. Не все люди одинаковые.

Частые вопросы

Как доверять людям, если человек ранее уже пережил серьезный негативный опыт? Самое главное, не нужно постоянно думать о своем прошлом. Все плохое уже случилось, например, муж ушел из семьи, подруга предала, на работе коллега подставил и начальник уволил. Тем не менее это не означает, что девушка не сможет вновь выйти замуж и стать счастливой, найти новую работу и завести дружбу с другим, более порядочным человеком. Поэтому, чтобы избавиться от недоверия к другим людям, не нужно постоянно вспоминать негативное прошлое и зацикливаться на плохом опыте. Ведь после черной полосы в жизни всегда наступает белая.

Можно ли доверять людям, которые уже однажды предали? С таким вопросом очень часто обращаются к специалисту не только мужчины, но и женщины. Так вот, психологи считают, что все зависит от конкретной ситуации. Хотя вряд ли можно оправдать предательство. Тем не менее если человек искренне раскаялся и просит прощения за свои действия, то другой может его простить, хотя не обязан этого делать. Тем не менее доверие к человеку здесь вернуть вряд ли получится. Ведь кто предал один раз, может предать и второй раз. Не стоит об этом забывать.

Как начать доверять?

Об этом стоит рассказать напоследок. Человек, который не верит ничему и никому, сам испытывает от этого дискомфорт. Ему хочется избавиться от этого. К сожалению, на вопрос, касающийся того, как начать доверять, нет универсального ответа. Но с уверенностью можно заявить, что в таком случае необходимо изменить свой подход к межличностным отношениям. Ориентироваться следует не на свои подсознательные подозрения, а на реальность. Заслуживает ли этот человек доверия? Если нет, то почему?

Нужно воспринимать людей такими, какими они являются, и относиться к ним соответствующе. Если предпосылки для недоверия были, то подозрительность обоснована. А если нет, тогда не стоит мучить себя домыслами и тем более обижать человека своими нападками, которых он не заслужил.

Дополнение

Почему человек не доверяет? Чаще всего именно потому, что он уже сталкивался в своей жизни с обманом и предательством. Тем не менее не все люди, пережившие в прошлом негативный опыт, замыкаются в себе, перестают видеть и общаться с окружающими. Хотя такое тоже бывает.

Например, мужчина больше не хочет строить серьезные отношения с женщинами по причине того, что его не дождалась из армии любимая девушка. Последний считает, что все представительницы прекрасного пола могут поступить точно так же. Но, к счастью, это не так. Более того, когда у людей возникает такой страх перед построением новых отношений и знакомством с другим человеком, им обязательно нужно проработать данную проблему с психологом и избавиться от нее. Это нужно запомнить.

Проблемы с психикой

Человек, который не верит людям, часто их испытывает. Многие личности, страдающие депрессией, думают, что за ними следят. Это становится причиной, по которой ими овладевает страх и подозрительность. Нередко именно преувеличенное или необоснованное недоверие является симптомом депрессии.

Также очень подозрительными становятся люди, находящиеся на ранней стадии алкоголизма. Престарелые люди, в связи с возрастом, тоже начинают проявлять недоверие. Из-за подозрительности они прячут вещи и деньги, жалуются на плохой уход, постоянно все перепроверяют.

Излишний идеализм

Уже во взрослом возрасте тотальная недоверчивость может возникнуть на почве собственного неприятного опыта: подставил коллега, предал старый друг, обманул любимый человек… «Слишком недоверчивы те, кто идеализирует отношения между людьми и живет в плену своих иллюзий», – говорит Алексей Луньков. Избыточно требовательные к окружающим, они любую оплошность воспринимают как предательство. Негативный опыт приводит их к несправедливым глобальным обобщениям: «Он меня бросил, значит, все мужчины подлецы». Порой недоверчивость может стать навязчивой идеей: «Никто не достоин моего доверия – кругом одни враги». Однако, обвиняя других, мы нередко неосознанно пытаемся избежать неприятных мыслей о собственном несовершенстве.

«Отношения с другим человеком – это всегда риск, – продолжает Алексей Луньков. – Первое впечатление будет меняться, а нашим чувствам предстоит пройти серьезный тест на прочность. Но, чтобы осознать и принять этот риск, необходима уверенность в себе, иначе любая неудача станет поводом для отчаяния. Последовательный отказ от близких отношений, априорная уверенность в том, что нас окружают одни завистники и недоброжелатели, как правило, свидетельствуют об одном: нам просто не хватает веры в самих себя».

Кризис доверия

Согласно исследованию Edelman Trust Barometer 2021, которое охватывает 26 стран, Россия — государство с самым низким совокупным уровнем доверия людей к медиа, государству, бизнесу и негосударственным организациям.

Эксперт Института «Центр развития» ВШЭ Дарья Авдеева отмечает закономерность: если в мире доверие к государственным и негосударственным организациям в целом росло, то в России всплеск доверия случился лишь в 2014 году на фоне присоединения Крыма и роста патриотических настроений, а затем произошел резкий спад.

«В 2021 году, возможно, критическими стали объявления о пенсионной реформе, о снижении НДС, — полагает экономист. — Вместе с тем сохраняется много страхов по поводу экономических перспектив и рисков снижения доходов, что и препятствует тому, чтобы доверие повышалось. Экономические риски ставят под угрозу вероятность повышения доверия ко всем агентам — к государству, бизнесу и даже друг к другу».

В 2021 году Индекс потребительского доверия в России, который складывается из трех компонентов — оценки потребителями перспектив на рынке труда, уровня финансового благополучия и готовности тратить деньги, — достиг минимума за 15 лет наблюдений, говорится в исследовании The Conference Board и Nielsen. Россия и по этому показателю опять занимает одно из последних мест в мире — 61 из 68.

Профессор РЭУ им. Г. В. Плеханова Константин Ордов связывает обобщенный уровень недоверия с судебной системой: «В России большинство граждан не верят в социальную справедливость законов, потому что исполняются они выборочно, а неотвратимость наказания недостаточна. Как известно, в России строгость законов компенсируется необязательностью их исполнения, — пояснил Полит.ру профессор. — Если вы не можете жить в правовом поле и быть уверенными, что законы работают на вас, это формирует недоверие к властям и к друг другу».

По данным судебного департамента Верховного суда, в 2021 году российские суды вынесли 2256 оправдательных приговоров (это 0,36 %) — не удивительно, что россияне считают, что в судах правды не найти. Председатель СКР Александр Бастрыкин, правда, объясняет такой низкий процент оправдательных приговоров «высоким качеством предварительного следствия».

«В пятерку институтов, которые не пользовались доверием россиян, стабильно входят суды (более половины населения полагают, что суды принимали бы более справедливые решения, если бы просто подкидывали монетку), городские власти (в 2021 году в рейтинге недоверия они обогнали суды, что сделать непросто), полиция, прокуратура и система здравоохранения, — соглашается декан факультета социальных наук Московской высшей школы социальных и экономических наук Виктор Вахштайн. — В России 52 % населения предпочли умереть в процессе самолечения, но не пошли в больницу, если там нет знакомого врача».

На фоне печальной картины общего институционального недоверия резко выделяется вера россиян в президента страны. Доверие Владимиру Путину выразили 59 % россиян, следует из данных опроса фонда «Общественное мнение».

«Если надежда на решение вопроса связывается с деятельностью одного человека, то понятно, что это низкий уровень доверия ко всем остальным элементам политической системы», — объясняет это противоречие академик Александр Некипелов.

Уровень обобщенного доверия в российском обществе также невысок. «На вопрос «Можно ли доверять большинству людей?» только 25 % россиян отвечают положительно. Для сравнения — в Китае этот уровень составляет 64 %, в Швеции — 63 %», — такие цифры привел декан экономического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова Александр Аузан на научно-экспертном совете при председателе Совета Федерации.